24 октября 2015


Эта встреча ноогеновского кружка в уютном подмосковном доме посреди тёмных и влажных пространств осеннего вечера была посвящена Карлу Густаву Юнгу (1875–1961). Почему именно Юнг? Наверное, потому что он был первым, кто в западной научной традиции поставил вопрос об изучении явлений, которые западной наукой не изучались и не воспринимались всерьёз. Но ведь тот атеист у Достоевского, что, очутившись в Аду, стал возмущаться существованием этого самого Ада (это, говорит, противоречит моим убеждениям), показал себя как в высшей степени религиозный человек. Подлинно научный подход состоит не в возмущённом отрицании, а в непредвзятом изучении окружающей действительности.

Но даже не это самое главное. Юнг поднял фундаментальные вопросы, рано или поздно встающие перед каждым: о любви, смерти и бессмертии, – а от того, как люди будут отвечать на эти вопросы, зависит, в конечном счёте, будущее человечества.

Чтобы составить себе представление о психологических воззрениях Юнга, следует начать с лекций, прочитанных им для сотрудников Тавистокской клиники в Англии в 1935 году («Тавистокские лекции»). Кроме того, уже в конце жизни Юнг с несколькими учениками, среди которых была Мария Луиза фон Франц, откликнулся на многочисленные просьбы знакомых изложить свои взгляды «простым, человеческим языком» и выпустил книгу «Человек и его символы».

Юнг ввёл в обиход психологические понятия, которыми мы сейчас широко пользуемся. Например, понятие «комплексы». Нередко можно слышать: «У тебя что, комплексы?», «он очень закомплексован» или наоборот: «девушка без комплексов» и т.п. Так что же это такое? Комплекс представляет собой бессознательное психологическое содержание, сформированное вокруг какого-то сильного эмоционального переживания. Важно, что комплекс ведёт себя как автономная личность. В обычном состоянии наше сознание занято нашим Эго (или «Я»), комплексы скрываются в затенённой, неосознаваемой части психики. Но в определённых ситуациях, которые воскрешают старое эмоциональное переживание, связанное с комплексом, он выходит из тёмного угла и оттесняет наше Эго на периферию, захватывая власть в сознании. Тогда мы начинаем вести себя неадекватно, нас будто подменили. Так и есть: нашим сознательным поведением правит уже не наше Эго, а комплекс. В особо тяжёлых случаях говорят об одержимости комплексом, а раньше говорили об одержимости бесами.

Обобщая, можно сказать, что, проникнув в сознание, фрагменты нашего бессознательного содержания могут в качестве автономных личностей обретать форму различных персонажей и образов. Это происходит в сновидениях, видениях, сеансах активного воображения (которое, например, практикуют шаманы). Иными словами, черти, демоны, домовые, лешие, ангелы и др. духи – не суеверия, а вполне реальные явления, только относятся они не к физической, а к психической реальности. Людям свойственно проецировать своё неосознаваемое содержание вовне.

Комментарий 1: В «Часе Быка» Вир Норин говорит, что люди ЭВР стали выше богов Индии. Но ведь последние вертят целыми мирами, как люди могут подняться выше их? Осознав, что боги – часть их внутреннего содержания и интегрировав их в себе.

Комментарий 2: «Всё та же трудно истребимая идея о сверхсуществах живёт в вас. Боги, сверхгерои, сверхучёные...» (там же).

Комментарий 3: Ефремов писал В.И. Дмитревскому в 1961 году, что раньше люди видели демонов и ангелов, а теперь видят летающие тарелки. Юнг в 50-е гг писал о том же самом.


Понятия экстраверсии/интроверсии, которыми мы сейчас пользуемся, также введены Юнгом. Он же выделил четыре психотипа, различающихся по типу информации, воспринимаемой человеком: мышление, интуиция, эмоции и ощущения. Слово «чувства» в русском (а также, например, в испанском) языке весьма многозначно. Оно может означать и эмоции (чувства к кому-то), и ощущения (органы чувств) и иметь отношение к интуиции (чувство юмора, например, или чувство справедливости). Человек может относиться как к одному, так и к нескольким типам. Например, себя Юнг относил к мыслящему типу, а также к интуитивному. «Я врач, я люблю помогать людям – я интуитивный тип», – говорил он в одном интервью.

Четвёрка – одно из фундаментальных чисел, лежащих в основе мира. Так, четыре типа воспринимаемой информации коррелируют с четырьмя биоритмами Аппеля – физическим (ощущения), душевным (эмоции), интеллектуальным (мышление) и тонкочувственным (интуиция). Есть четыре темперамента, четыре группы крови, четыре типа физического взаимодействия… Четвёрка является символом Самости, о чём будет сказано далее.

Структура психики по Юнгу. Сознание – это внешний слой, своеобразный интерфейс между внешним миром и глубинами психики. Оно подобно верхнему слою океана, в который проникают солнечные лучи. Далее идут неведомые глубины бессознательного. Сначала индивидуального, которое состоит из вытесненного, ушедшего из активной памяти материала. Глубже начинаются слои коллективного бессознательного, общего для всего человечества, независимо от расы, национальности и религии, подобно тому, как общим для всех людей является их анатомическое строение. Коллективное бессознательное – место обитания того, что Юнг назвал архетипами.

Мы не можем воспринимать архетипы сами по себе, как не можем непосредственно видеть атомы или элементарные частицы. О последних мы узнаём благодаря сигналам, получаемым с физических приборов – рентгеноструктурного анализатора, счётчика Гейгера, камеры Вильсона и др. Об архетипах мы узнаём благодаря архетипическим образам, которые приходят к нам в сновидениях и видениях, в активном воображении, а также отражены в сказках и мифах.

Архетипы – очень древний слой психики, сформированный на ранних стадиях эволюции рода Homo, а может быть, ещё раньше. Он заведомо древнее каких-либо национальностей, поэтому, например, выражение «национальный архетип» некорректно. Это также материал к дискуссии о том, существует ли человек вообще, или есть только представители разных этносов (вариант – разных классов). Существует: всех людей объединяет общая архетипическая структура (что, конечно, не отрицает объективного существования классов и этносов).

Комментарий 1: «Шаг ближе к пониманию психических сил человека сделал Юнг. Его «коллективное подсознательное» гораздо шире охватывает явления, чем фрейдовское подсознание, и приближается уже к современному понятию ноосферы. Юнговское подсознательное объемлет и то, что у других авторов называется сверхсознанием и состоит из равного соотношения тёмных и добрых сил, говоря образно – ангелов и дьяволов» («Лезвие бритвы»).

Комментарий 2: «Дикая жизнь человека, – тут Гирин поднял ладонь высоко над полом, – это вот, а цивилизованная – вот, – он сблизил большой и указательный пальцы так, что между ними осталось около миллиметра. – Мозг – это природа и вселенная, но вселенная не одного лишь текущего момента, а всей её миллионолетней истории, и опыт мозга отражает не только необъятную ширину, но и изменчивость природных процессов» (там же). В плане глубины психики здесь Ефремов даже ещё более радикален, чем Юнг.

Комментарий 3: «Спектр очарования природы: звериная сила тела, чувство бесконтрольного приволья, водоворот вечного кочевья, охоты, сражения, «злые» чары темной страсти – все, что составляет анимальную сущность диких сыновей и дочерей Земли. Этому могучему и древнему волшебству вы противопоставите свет и безграничную вселенную ноосферы – поверх темных глубин побежденного самим собой «я» («Час Быка»).


Последовательная встреча человека со своими архетипами и продуктивное (хотя при этом отнюдь не безболезненное) взаимодействие с ними называется индивидуацией, или духовным созреванием. Рассмотрим её схематично.

Человек играет определённую социальную роль – в семье, в профессиональной или в общественной деятельности. Эта роль называется Персоной. В начальных стадиях индивидуации человек, ещё незрелый, склонен полностью отождествлять себя со своей Персоной: я – это отец семейства; я – хорошая хозяйка и мать; я – университетский профессор; я – борец за справедливость и т.д. При этом часть личности остаётся в тени и до поры человеком не замечается или игнорируется. Тень Персоны содержит всё то, что было вытеснено из сознания в ходе воспитания по механизму «хорошие мальчики и девочки так не поступают». А поскольку, как было сказано ранее, человеку свойственно своё неосознаваемое содержание проецировать вовне, в том числе на других людей, личность на этой стадии может видеть соринку в чужом глазу, не замечая при этом бревна в собственном. Если нас что-то в ком-то сильно раздражает, стоит задать себе вопрос, не содержится ли это и в нас самих.

Комментарий: «Основное правило нашей психологии предписывает искать в себе самом то, что предполагаете в других» («Час Быка»).


Особенно ярко это проявляется во время войны, на что Юнг обратил внимание в 1916 году: «Психология военных времён чётко выявляет это обстоятельство: всё, что делают свои, правильно, всё, что делают другие, скверно. Центр нашей общности всегда лежит на расстоянии нескольких километров за вражескими окопами». Ту же мысль иллюстрирует следующая картинка неизвестного автора.



Следует понимать, что Тень содержит не только плохое, в ней скрываются и весьма нужные нам свойства, вытесненные в ходе воспитания «семьёй и школой», которые сами по себе также несовершенны. Поэтому с Тенью как с автономной личностью (см. выше) следует вступить в диалог, в ходе которого что-то из её содержания нужно принять, с чем-то договориться о компромиссе, что-то – действительно вредное или опасное – сознательно отклонить (так, у Юнга есть статья «Борьба с тенью», посвящённая преодолению нацизма). В сновидениях Тень обычно персонифицируется в виде личности одного пола со сновидцем.

Так понимаемая тень – это, строго говоря, не архетип, поскольку относится к достаточно поверхностным, индивидуальным слоям психики. Но на самом деле она проникает в глубь бессознательного, и тогда говорится об архетипе Тени.

После того, как человек осознал и интегрировал свою тень, он встречает новый архетип. Это – личность, комплиментарная к Эго, в сновидениях она появляется как лицо противоположного пола. Для мужчины это внутренняя женщина, или Анима, для женщины – внутренний мужчина, или Анимус. В культуре яркий образ Анимы – это, например, Она любимого Ефремовым Хаггарда.

Анима и Анимус могут представать как в положительном, так и в отрицательном аспектах – и здесь снова появляется тема тени.

Позитивный аспект Анимы – это женщина-вдохновительница, проводница в другие миры, Ведущая (как на одноимённой картине Рериха). Негативный аспект – «роковая женщина», или старая колдунья из страшных сказок (типа гоголевского «Вия»), или богиня Кали – разрушительница.

Позитивный аспект Анимуса соединяет женщину с мудростью. Одержимость негативным аспектом превращает её в несносное существо, заставляет с редкостным апломбом делать дичайшие безапелляционные утверждения. Подлинная самоотверженная любовь преобразует негативный Анимус в позитивный, как, например, в сказке про красавицу и чудовище.

Активизация этого архетипа сопровождает влюблённость, любовь, флирт, ухаживания, брак… Но решительная встреча происходит где-то в среднем возрасте и связана с кризисом. Этот период может сопровождаться драмами, когда разрушаются семьи, поскольку неосознаваемое содержание собственной Анимы или Анимуса человек проецирует на другого, более подходящего, чем тот, кто находится рядом. Подробнее об этом можно прочитать в небольшой работе Юнга «Брак как психологическое взаимоотношение».

В результате прохождения этого этапа мужчина осознаёт, принимает и интегрирует свою Аниму, а женщина – своего Анимуса, как до того была интегрирована тень. Но этот этап чреват катастрофами для личности, когда связь с Анимой или Анимусом утрачивается. Мужчина в таких случаях становится догматически односторонним, чудовищно косным, у него развивается склонность к алкоголизму, – всё это признаки потери связи с Анимой в результате неудачного любовного опыта.

Духовное созревание мужчины происходит через его соединение с собственной Анимой. Юнг полагал, что для женщины ситуация полностью симметричная – её индивидуация связана с соединением с внутренним мужчиной. Некоторые ученицы и последовательницы Юнга пришли к выводу, что для женщины путь духовного созревания в первую очередь связан с соединением со своей собственной внутренней женственностью. Здесь можно назвать такое имя, как Кларисса Пинкола Эстесс, автор «Бегущей с волками», или Нэнси Куоллз-Корбетт, автор книги «The Sacred Рrostitute: Eternal Aspect of the Feminine», и другие. Но и в этом случае, для соединения с собственной женственностью необходима встреча с Анимусом. В древних культах Анимус приходил в образе странника и вступал в священный брак – на одну ночь – со жрицей, которая для нас сейчас олицетворяет внутреннюю фемининность женщины.

Юнг называл четыре уровня развития Анимы мужчины.

Первый – уровень Евы. Здесь мужчина воспринимает простой природный эротизм женщины.

Второй – уровень Елены Троянской. Здесь уже становится важной личность женщины, эротизм становится более утончённым, развивается эстетическое измерение, появляется любование женщиной.

Третий – уровень Девы Марии. Здесь этот образ не означает отрицание эротизма (с чем ассоциируется христианство), но эротизм поднимается до религиозного поклонения Прекрасной даме.

Наконец четвёртый – уровень Софии, космической мудрости. На этом уровне эротизм полностью соединяется с духовностью.

Комментарий: Можно сравнить с четырьмя женскими образами художника Карт Сана в «Туманности Андромеды». Дочь Гондваны ассоциируется с Евой. Дочь Тетиса – с уровнем Елены. Дочь Северных Народов (кельтов, славян, германцев и др.) – с Марией. И, наконец, будущий синтетический образ может соответствовать уровню космической мудрости.


После осознания, принятия и интегрирования Анимы или Анимуса личность движется к собственному духовному центру, который Юнг назвал Самостью. Самость соотносится с сознательным Эго как Центральное светило с обращающейся вокруг него планетой, как Солнце с Землёй. А может быть, и не как Солнце, а как нечто более огромное. Самость – это Атман индуистов, содержащийся в нас и тождественный космосу. Это гармоническое равновесие сознательных и бессознательных компонентов психики. Она зовёт нас в течение жизни, как гриновское Несбывшееся, и чем дальше, тем всё более властно. Она обращается к нам в некоторых, особенно ярких, сновидениях, и такие сны шаманы называют Великими. К этому зову следует прислушиваться. Общественная и профессиональная деятельность, а также семейные обязанности не должны полностью поглощать человека, особенно после «перевала». Необходимо время для диалога с собственной душой. Формы этого диалога могут быть самыми разными – от писания картин до танцев с бубном (или с волками) и всегда индивидуальны. Самость – это цельность и мудрость. Юнг говорил: «Где правит мудрость, там нет конфликта между мыслью и чувствами».

Комментарий: Ефремов тоже называл мудростью баланс мысли и чувств.


Существует много архетипических образов Самости – это круг, мандала, округлые предметы, корабль (в том числе космический), ковчег, пара мужчина-женщина, ребёнок, четвёрка…

Интересно, что у Самости тоже может образоваться Тень. Если начать экстрагировать из первой всё светлое и доброе, как это делают христиане, помещая абсолютный свет в фигуру Христа, то неизбежно на другом полюсе сгустится тьма – остаток после экстракции – и появится фигура Антихриста. Она дополняет Троицу до четвёрки. Об этом Юнг пишет в книге «Эон», посвящённой исследованию Самости в христианскую эру.

Последнее, о чём следует упомянуть, это о синхронистичности. Так Юнг назвал значимые смысловые совпадения внешних событий промелькнувшим мыслям или воспоминаниям, при отсутствии видимой причинно-следственной связи, что выглядит как нарушение законов вероятности. Юнг отметил благоприятное влияние на частоту этого явления особого, алертного эмоционального состояния. Подробнее – в работе Юнга «Синхронистичность: акаузальный связующий принцип».

Комментарий: Ефремов также говорил о спирально-ассиметричной теории вероятностей, и о законе предварительного преодоления обстоятельств в особом эмоциональном состоянии – «безумцам сопутствует удача», который в обычных условиях компенсируется законом Финнегана («законом мирового свинства»).


Стоит отметить глубокую и пока непознанную связь между внешним миром и миром психическим, не опосредованную «интерфейсом» сознания. По-видимому, где-то в глубине, за архетипами, коллективное бессознательное переходит в такие же глубокие, лежащие глубже уровня элементарных частиц, структуры физического мира, и наоборот. Возможно, именно эти глубины в эзотерике называют «тонкими мирами».

Комментарий: В «Часе Быка» говорится как о звездолётах прямого луча, так и о психических способностях прямого луча.


Подготовлено Андреем Константиновым

Дополнение по встрече от Влада Январева, вызвавшее дискуссию: Об утрате связи с Анимусом »


Литература (любые издания):

1. Карл Густав Юнг. «Тавистокские лекции», «Брак как психологическое взаимоотношение», «Человек и его символы», «Синхронистичность: акаузальный связующий принцип».
2. Мария Луиза фон Франц. «Процесс индивидуации».
3. Джеймс Холлис. «Перевал в середине пути». (рецензия)
4. Кларисса Пинкола Эстес. «Бегущая с волками. Женский архетип в мифах и сказаниях».
5. Нэнси Куоллз-Корбетт. «Святая проститутка. Архетип вечной женственности».

Дополнение от Влада Январёва:

6. Роберт Джонсон «ОН. Глубинные аспекты мужской психологии». (рецензия)
7. Роберт Джонсон «МЫ: Глубинные аспекты романтической любви».